«Если Трамп говорит, что ждет освобождения тысяч беларуских заложников, не надо заставлять его слишком долго ждать»

— Божий человек Азаренок сделал на днях интересное наблюдение. Я тебе его, прости Господи, даже процитирую: «Трамп вел переговоры с Мадуро… И результат – нападение на Каракас, силовая смена режима. Трамп вел переговоры с Ираном… Реальная цель – потянуть время, усыпить бдительность. Результат – нападение. Как вы думаете, зачем Трамп ведет переговоры с нами?»

Но, сделав это справедливое в общем-то наблюдение, он же сделал совершенно неверный вывод. Что с него взять? Он же божий человек. Он сделал вывод о том, что не надо с Трампом ни о чем разговаривать.

А на самом деле все же наоборот. На самом деле очевидный вывод из историй с Ираном и Венесуэлой состоит в том, что если ты начал разговаривать с Трампом, то лучше сразу соглашаться. Не надо тянуть. Если Трамп говорит, что он ждет освобождения тысяч беларуских заложников, то не надо заставлять его слишком долго ждать.

Потому что ты же никогда не знаешь в какой момент Трамп разочаруется окончательно со всеми вытекающими из этого последствиями. Тем более, что кое-кто Трампа уже разочаровал. Не поехал на Совет мира и не скинулся на восстановление Газы.

Ну то есть, я не уверен, что Трамп может причинить пользу странам, которые он решил облагодетельствовать, но способность причинять вред любым местным гарантам он доказал. Причем, заметь, довольно разнообразными способами. То есть, отсутствие выхода к морю ни одному гаранту не гарантирует безопасности.

И кое-кто же это понимает. Поэтому кое-кто два дня думал прежде, чем сказал, насколько он соболезнует за друга Хаменеи. И телевизор беларуский как-то не очень болеет душой за иранских друзей. Там за весь телевизор один только божий человек Азаренок душой болеет.

Потому что урок иранской истории оказался не совсем таким, который они почти уже выучили. После того, как иранские власти потопили протесты в крови, кое-кто и его свидетели стабильности силового звена думали, что в этом и состоит для них главный иранский урок. Что можно расстрелять тридцать тысяч своих сограждан и тебе за это ничего не будет. Не считая, конечно, очень глубоких озабоченностей. Но озабоченностей истекающие гаранты уже давно не считают.

Но оказалось, что будет. Причем даже не твоим губопикам, губопиков ты всегда себе новых найдешь, а персонально тебе. Несмотря на все твое величие и уникальную гарантовскую неповторимость.

А ведь на самом деле только это и волнует всех истекающих гарантов. Не процветание, не санкции и не какое-то историческое наследие, которое они кому-нибудь где-нибудь когда-нибудь оставят. Что там после них останется, их вообще никак не волнует.

Истекающих гарантов на самом деле по-настоящему волнует только их личная стабильность и персональная неприкосновенность. Те, кого волнует что-то большее, истекающими гарантами не становятся.